Menu
Распространение христианства в Испании во II - III в.в. ----- ИСПАНИЯ В IV в. РАСПАД РИМСКОЙ ИМПЕРИИ ----- Испания в составе Западной Римской империи (395 - 475 г.г.)


ИСПАНИЯ В IV в. РАСПАД РИМСКОЙ ИМПЕРИИ




Упадок Римской империи в начале IV в.
Губернаторы отдельных римских провинций, разбогатевшая верхушка господствующего класса использовали аппарат провинциального управления для своего собственного обогащения. Но эта верхушка могла держаться только на военной силе, между тем как и римские легионеры-солдаты, которым не уплачивали жалованья за их тяжелую службу, сами оказались ненадежным элементом, поднимавшим восстания.

К IV в. н. э. кризис Римской империи на всем ее протяжении сказался с особенной силой. Фронт недовольных необычайно расширился, охватывая не только рабов и колонов, но и все разнообразные группы, еще сохранившие свою независимость и свободу. Обстановка складывалась более или менее одинаково во всех римских провинциях.

Авторитет центральной власти сильно упал, всюду царила анархия, ширилось движение недовольных. Римские легионы, предоставленные самим себе, поднимали массовые восстания и в каждой провинции провозглашали собственных императоров. В середине III в. можно было насчитать в пределах римской мировой державы до 30 императоров одновременно, причем большинство из них редко могли удержаться надолго и редко умирали естественной смертью. По соседству с Испанией, в южной Галлии, в первой половине III в. началось восстание крестьян и рабов, так называемых «багаудов». Они завладевали селами, сжигали города, производили опустошения, направляя свой гнев на чиновников и господствующий класс. Это движение то разгоралось, то затихало в течение почти двух столетий и несомненно оказывало сильное влияние на обездоленные массы Испании.

Испания в конце III в. н.э. Последствия кризиса 193 - 285 г.г.

Испания в конце III в. н.э. Последствия кризиса 193 - 285 г.г.


Римская империя распадалась. В это время с востока к ее пределам продвигались полчища варваров. Казалось, Риму приходил конец, но господствующий класс еще нашел в себе силы и возможности для того, чтобы укрепить внутреннее положение. После смутного периода середины III в., вступивший на престол император Диоклетиан (285—305 гг. н. э.) реорганизовал всю систему управления в империи, создав более дробное деление ее на провинции и значительно увеличив штаты чиновников. Так, в Испании было образовано семь провинций: Бетика, Лузитания, Галисия, Таррагона, Картахена, Тингитана (в соседнем Марокко) и Балеарские острова как отдельная административная единица.

Обширный и громоздкий аппарат управления увенчивался особой императора с деспотической властью. То, что начал Диоклетиан, завершил один из ближайших его преемников Константин, причем при последнем и самая столица была перенесена из Рима на берега Босфора, в Константинополь. Существенное значение в деле укрепления империи имело провозглашение христианства господствующей религией с его проповедью подчинения рабов своим господам. Диоклетиан, спасая империю от гибели и нараставшего революционного движения, реорганизовал военное дело. Прежние легионеры оказались слишком ненадежной опорой порядка, и Диоклетиан прибег к мере, которая имела роковое значение для судеб империи: он стал широко привлекать на службу империи варварские племена, отводя им территории и обязывая их военной службой.

Характерно, что он эти варваризированные военные части направлял не на границы империи, а в районы восстаний, рассчитывая на то, что варвары как, чуждые элементы легче и успешнее справятся с местными восстаниями.

Благодаря проведенным реформам, гибель империи была только отсрочена, и уже в середине IV в. наступил окончательный распад под натиском тех самых варваров, которые привлекались на службу империи, чтобы спасти ее.

Испания была составной частью Римской империи, и все процессы, которые проходили в империи, были характерны и для Пиренейского полуострова. В то же время эта страна находилась довольно далеко от наиболее угрожаемых границ — рейнской и дунайской, не говоря уже о восточной, так что после катастрофического вторжения варваров в середине III в. варварские вторжения ее более не беспокоили. Испанцы и те немногие войска, которые еще стояли на Пиренейском полуострове, не принимали активного участия в мятежах, узурпациях, гражданских войнах. Так что чисто политические события мало влияли на ее социально-экономическое развитие. Это, конечно, не значит, что эти события никак не отражались на судьбах Испании, но их воздействие здесь было много меньшим, чем в таких странах, как Галлия или Сирия.




Административная реформа в Испании в начале IV века
Когда в 282 г. император Кар направился в поход против Персии, он оставил правителем западной части империи своего сына Карина, и Испания, естественно, полностью подчинилась ему. Но в следующем году Кар был убит, а затем та же участь постигла его сына Нумериана, и войско в 284 г. провозгласило императором Диоклециана. В 285 г. Диоклециан разбил Карина, который был убит собственными офицерами. И Испания покорно признала победителя. Понимая, что он один не в силах удержать управление распадающейся империей, Диоклециан создал систему тетрархии, т. е. одновременного управления государством четырьмя императорами, из которых он, Диоклециан, был первым и по авторитету, и по старшинству воцарения.

Диоклециан — римский император 284 - 305 г.г. Есть мнение, что в Испании в это время властвовал Максимиан. Именно Максимиан в 296 г. сражался в Испании против франкских и сакских пиратов, разорявших побережье Пиренейского полуострова. В это время около Кордубы был построен его роскошный дворец. Значение для всей империи его победы в Испании было, по-видимому, столь велико, что и Диоклециан принял по этому поводу почетный титул Испанский Великий. И только когда после отречения Диоклециана и Максимиана в 305 г. произошел новый раздел империи, Испанией стал управлять Констанций.

Фактическим разделением империи на четыре части Диоклециан не ограничился. Уже в первые годы своего правления он провел реорганизацию провинциального управления в ходе административной реформы Испании. Одним ее аспектом стала ликвидация деления на императорские и сенатские провинции. В соответствии с этим Бетика, которая ранее была включена в число последних, теперь стала управляться императорским чиновником. Одновременно многие провинции были сокращены в своих размерах. На Пиренейском полуострове Бетика и Лузитания остались такими же, какими были раньше, а из Тарраконской Испании были выделены Карфагенская Испания и Галлеция (много позже самостоятельной провинцией были сделаны Балеарские острова). Чтобы провинциями было легче управлять, они в 297 г. были объединены в диоцезы, управляемые викариями, а последние — в префектуры, во главе которых стояли префекты претория.

Испанские провинции, а также лежащая по ту сторону пролива Тингитанская Мавретания, составили диоцез Испанию, который, в свою очередь, был частью префектуры Галлии. Центром диоцеза являлся сначала Гиспалис, а затем Эмерита. Некоторое время при Константине наряду с викарием диоцеза Испании (vicarius Hispaniarum) туда направлялся еще и комит (comes Hispaniarum), который, по-видимому, отвечал за безопасность диоцеза.

Первый викарий Испании засвидетельствован в 298 г., а первый комит — в 316-м, что, конечно, не означает априорно их отсутствие и в более ранее время. Однако при преемниках Константина должность комита явно была отменена, чтобы возродиться уже в новых обстоятельствах в V в. Провинциями управляли президы, но к концу IV в. Бетика, Лузитания и Галлеция были повышены в ранге, и во главе их были поставлены проконсулы.

Эдвард Резерфорд. Париж



Испания в политических событиях Римской империи середины IV века
После смерти Константина империя была разделена между тремя его сыновьями, и Испания оказалась под властью Константина II. Но уже через три года Константин попытался свергнуть своего брата Константа, управлявшего, в частности, Италией и самим Римом, но потерпел поражение и был убит. И Испания без всякого сопротивления подчинилась Константу и оставалась ему верной много лет.

Флавий Юлий Констант — римский император в 333 — 350 г.г. К 350 г. Константу не было еще 27 лет. Но несмотря на свою молодость, он уже проявил себя как довольно умелый и энергичный правитель. Констант был «путешествующим» императором, большую часть своего правления он провел в разъездах по различным частям своих владений, в основном по тем, которые были наиболее угрожаемыми. В то же время он был весьма развратным юношей и позволял своим любимцам слишком многое. Это вызывало недовольство в его ближайшем окружении, а его стремление укрепить военную дисциплину — в войсках. Результатом стал заговор. На первый план был выдвинут Флавий Магн Магненций. Положение Магненция во главе придворной гвардии, видимо, определило именно его роль официального главы заговора и претендента на императорскую власть.

Заговорщики воспользовались очередным пребыванием Константа в Галлии. Пока император, будучи страстным охотником, охотился в лесах около Августодуна, Марцеллин под предлогом празднования дня рождения своего сына собрал всю верхушку армии, тогда находившейся тоже в этом городе, в том числе и гвардейские легионы под командованием Магненция. Попойка затянулась до полуночи, и тогда под предлогом собственной нужды Магненций вышел из пиршественного зала. Когда он вернулся, то был уже одет в императорское одеяние. Та часть военных командиров, которые были в курсе событий, тотчас приветствовала его императором, а остальным ничего не оставалось, как к этому присоединиться. Когда весть о происшедшем распространилась в городе, горожане Августодуна горячо поддержали Магненция, и вскоре к ним присоединились и окрестные сельчане. Так что Магненций получил полную поддержку и армии, и местного гражданского населения. Вскоре и префект претория для Галлии Фабий Тициан также признал власть Магненция.

Узнав обо всем происшедшем, Констант бросился бежать. Его явно покинула вся его свита, так что с ним остался только один Ланиогайз, бывший тогда кандидатом, т. е. одним из императорских телохранителей. В сопровождении Ланиогайза Констант направился к испанской границе. Магненций послал в погоню отряд отборных воинов во главе с Гаизоном. Этот отряд настиг беглецов почти уже у самых Пиренеев в городке Елена, где Констант и был убит.

Признание Магненция префектом Галлии заставляло испанские власти последовать за ним. Надо иметь в виду, что в это время экономические интересы и даже просто людские взаимоотношения связывали испанскую элиту в основном с Галлией, и Испании было важнее, кого признают императором непосредственно за Пиренеями, чем кто занимает трон в Риме или Константинополе. Так что испанцы, как и провинциальные власти и войска, спокойно признали Магненция. Свидетельством этого является относительно большое количество монет Магненция и его брата Децентия, причем находят эти монеты в разных частях страны.

Флавий Магн Магненций — римский император 350 - 353 г.г. Однако думается, что традиционная верность Испании Константиновской династии не исчезла полностью, и Магненций должен был с нею считаться. Ему надо было загладить убийство Константа. И именно в Испании, недалеко от Тарракона, была воздвигнута пышная гробница Константа, куда был перенесен прах императора, убитого невдалеке от Пиренеев, хотя еще и на галльской стороне.

Вскоре после захвата власти в префектуре Галлии Магненций был довольно быстро и без труда признан в Италии и Африке. С тем чтобы предотвратить распространение его власти и на север Балканского полуострова, который входил во владения Константа, Констанция, сестра императора, добилась провозглашения 1 марта 350 г. императором старого военачальника Ветраниона, в то время командовавшего пехотными войсками на Дунае. То ли сразу после этого, то ли еще заранее она сообщила об этом акте Констанцию, и тот после некоторых колебаний прислал Ветраниону диадему, что фактически означало его признание, а позже даже отослал ему деньги и приказал тем своим войскам, которые находились вблизи событий, в случае необходимости оказать ему помощь.

Сначала Магненций, вероятно, надеялся на подчинение всей империи. После подчинения ему Африки он захватил также Киренаику, находившуюся в сфере власти Констанция, что было недвусмысленным знаком стремления узурпатора к захвату всего государства. Однако поддержка армией Ветраниона заставила его задуматься. С другой стороны, фактическое признание Ветраниона Констанцием натолкнуло его и, вероятно, его советников на мысль о возможности договориться с Констанцием о разделе империи.

Раздел Римской империи 337 г.

Раздел Римской империи 337 г.


Магненций направил к Констанцию посольство, которое, однако, двинулось кружным путем через Египет и Сирию, явно чтобы не попасться в руки Ветраниона. Результат этого посольства был нулевым. Тогда Магненций пошел на переговоры с Ветранионом, и они оба направили общее посольство к Констанцию, надеясь с ним договориться. Узурпаторы предлагали сохранить в империи status quo: Констанций признает их обоих своими соправителями, а они его — старшим августом; для обеспечения этого соглашения Магненций предлагал Констанцию руку своей дочери, а сам просил в жены Констанцию, которая только недавно была душой возвышения Ветраниона.

Предложения Магненция и Ветраниона в значительной степени сводились к восстановлению диоклециановской тетрархии, но пока еще в виде сосуществования трех (а не четырех) императоров при формальном признании приоритета единственного на тот момент законного августа Констанция. Брачные связи, которые должны были укрепить эту систему, тоже напоминали сделанное Диоклецианом и его соправителями. Такое соглашение было очень выгодно Магненцию. Он, по-видимому, понял, что захватить территории к востоку от Адриатики он не сможет, и хотел обеспечить себе власть в западной части империи, в том числе в Италии и Риме, что имело большое психологическое значение. В этой части государства, не только в Испании, но и в других странах западной части империи, существовали (и Магненций не мог этого не знать) многочисленные сторонники Константина и его сыновей. Константа могли ненавидеть за его вызывающее поведение, но это не относилось ко всей династии. А к тому же, как это часто бывает, после смерти Константа его старые грехи стали забываться и память о нем могла становиться все более популярной.

В таких условиях мирное соглашение с Констанцием укрепляло власть Магненция, а брачные связи вводили его в семью Константина и окончательно легализовали его власть. Однако это хорошо понимал и Констанций. Соглашение с Магненцием для него едва ли было возможным. Если Ветранион был старым служакой и за ним, что в этих условиях было особенно важно, стояла его сестра45, так что территория, ему подвластная справедливо рассматривалась как некий буфер, то Магненций был далек от него, а главное — он был убийцей его брата. Все, что известно о раздорах, даже смертельных, в семье Констанция Хлора и Константина, как и о характере самого Констанция, не позволяет подозревать его в очень уж горячих братских чувствах. Но при создавшейся ситуации согласиться с убийцей и даже соединиться с ним в одной семье означало «потерять лицо» перед собственными подданными и солдатами, на что пойти Констанций, конечно, не мог. К тому же гибель брата давала ему возможность объединить под своей властью всю империю, и пренебречь такой возможностью он не желал. Поэтому никакого соглашения с Констанцием Магненций реально достичь не мог.

Констанций II  — римский император в 337 — 361 г.г. Более или менее уладив дела на Востоке, Констанций двинулся в Европу. Ветранион некоторое время колебался и даже заключил союз с Магненцием, но вскоре решил все же предпочесть более знакомого Констанция. Тот уже не нуждался в Ветранионе и сумел сделать так, что солдаты последнего перешли на его сторону. Ветранион сам отрекся от трона и спокойно отправился в свое имение, где еще прожил несколько лет. Это произошло в декабре 350 г. И теперь Констанций получил возможность непосредственно столкнуться с Магненцием.

Магненций принял активные меры для подготовки к войне, но одновременно развернул, по-видимому, и пропагандистскую кампанию, чтобы обеспечить симпатии если не врагов, то собственных подданных. Лозунг тетрархии в таких условиях оказывался еще более актуальным, чем ранее. Назначение цезарями Децентия и Галла, казалось, зеркально повторяло диоклециановскую тетрархию: два августа — Магненций и Констанций и два цезаря — Децентий и Галл. Может быть, Магненций даже сохранил свое предложение признать Констанция старшим августом, как тетрархи признавали Диоклециана. Другое дело, что он не мог не сознавать, что в сложившихся обстоятельствах реально тетрархию установить невозможно. Но для пропаганды это намерение вполне подходило.

Испания сыграла определенную роль и на последнем этапе войны между Магненцием и Констанцием. Уже выбив врага из Италии, Констанций захватил и ее, и Сицилию, и Африку. А затем он направил на кораблях армию, которая высадилась в Испании. Точное место высадки неизвестно. Целью этой экспедиции было предотвращение возможного бегства Магненция в Мавретанию через Испанию. Регулярные войска, находившиеся в Испании, были немногочисленны и располагались преимущественно на северо-западе и в центре полуострова, но некоторые испанские города, как и раньше, обладали собственной милицией. И какая-то часть этой милиции оказала сопротивление армии Констанция. Когда Магненций узнал о нападении германцев, об отпадении Галлии, о невозможности бежать в Мавретанию через Испанию и об амнистии, объявленной Констанцием, он покончил с собой.

Эдвард Резерфорд. Париж



Испания перед распадом Римской империи в 395 г.
В Испании, как и на всем Западе, была восстановлена власть Константиновской династии. С ней вернулась и некоторая политическая стабильность. Установление определенной стабильности способствовало подъему Испании. Происходит перестройка и расширение вилл в районе Тарракона, что говорит об определенном хозяйственном подъеме. И этой стабильностью испанские латифундисты не желали рисковать.

Валентиниан I — римский император 364 - 375 г.г. Это проявилось во время захвата власти Магном Максимом, который командовал войсками в Британии. В августе 383 г. он был провозглашен своими солдатами августом, после чего переправился в Галлию. В это время Римская империя была разделена. Ее восточной частью правил испанец Феодосий, а западной — братья Грациан и Валентиниан II, причем в западном дуэте решающую роль играл старший Грациан. Он и двинулся против узурпатора, но его воины перешли на сторону Максима. Грациан бежал в Италию, но по пути в Лугдуне был убит. И когда Галлия признала власть Максима, то и Испания последовала за ней. Его признание в этой стране было облегчено тем, что сам он был испанцем. Валентиниан сначала отказался признать Максима своим соправителем, но уже на следующий год по совету Феодосия согласился на это. Максим добился того, чего не сумел достичь Магненций — признания его равноправным владыкой части империи.

Империя была разделена на три части, и территория префектуры Галлии была признана сферой господства Максима. В Испании Максим явно пользовался поддержкой значительного слоя населения. Возможно, Максим пытался предпринять еще какие-то шаги по укреплению своего положения в Испании. Одним из таких шагов могло быть создание новой провинции Максимы, выделенной из западной части Тарраконской Испании. Этот акт приближал к трону нового императора знать внутренних районов Испании.

И все же надолго удержаться на троне Максим не смог. Максим был объявлен тираном, и Феодосий начал активно готовиться к войне. Сухопутная армия Феодосия во главе с самим императором двинулась в Паннонию, Комит Максима Андрогаций пытался сдержать наступление Феодосия, но был разбит, и Феодосий, практически более не встречая сопротивления,вторгся в Италию и захватил резиденцию Максима Аквилею. Сам Максим был убит. Командующий его армией Андрогаций предпочел покончить жизнь самоубийством. После разгрома Максима была уничтожена и созданная им испанская провинция и восстановлена старая структура Испанского диоцеза.

После этих событий Испания спокойно признала власть Валентиниана, за спиной которого стоял сам Феодосий. После смерти Валентиниана Арбогаст провозгласил императором Евгения, с чем решительно не согласился Феодосий. Евгений, вместо которого западной частью империи фактически управлял Арбогаст, дабы укрепить свое положение, стал заигрывать с язычеством, еще сохранявшим значительные позиции в Риме, особенно в сенаторской знати; в частности, в здание сената была возвращена статуя богини победы Виктории. Этот стало для Феодосия поводом к войне с Евгением. Евгений и Арбогаст были разбиты, и Феодосий стал единственным императором. После его смерти в январе 395 г. в результате раздоров между сыновьями Феодосия Аркадием, правившим на Востоке, и Гонорием, управлявшим Западом (точнее, между придворными кликами, стоявшими за каждым из них), Римская империя окончательно распалась на Западную и Восточную. Испания, естественно, стала частью Западной Римской империи.

Распад Римской империи 395 г.

Распад Римской империи 395 г.


Эдвард Резерфорд. Париж



Развитие городов Испании в IV веке
Кризис III в. нанес тяжелый удар испанскому обществу и испанской экономике. Разорение было ужасающим. Пострадали многие виллы и города. Именно после вторжений варваров в 259—260 гг. испанские города начали окружать себя стенами, причем не только крупные центры, но и довольно мелкие городки. Но уже довольно скоро испанское общество начало оправляться от разорений III в. Это относится и к городам.

Говоря об испанских городах этого времени, надо отметить, что многие следы опустошений III в. еще очень долго сохранялись. Так, в Тарраконе разрушения были видны еще и в V в. В Малаке, разрушенной в 60-х гг. III в., не восстанавливается театр, и его участок вскоре застраивается обычными домами. Между тем известно, что театр был одним из важнейших атрибутов античной городской жизни. После восстановления Кордубы место старых общественных зданий занимают жилые дома. Можно сказать, что практически во всех городах происходит своеобразная «приватизация» центра, когда место общественных зданий занимают частные дома, а порой и некрополи. Дома начинают вторгаться на улицы, и постепенно меняется сама городская сеть, начинает изменяться прежняя прямоугольная планировка классического города.

Останки римского амфитеатра в Тарраконе

Останки римского амфитеатра в Тарраконе


Вторым важным обстоятельством является упадок многих старых центров и выдвижение новых. Так, на восточном побережье полностью теряют свой городской характер Сагунт и Эдета, в то время как набирает силу Валенция. Хотя Тарракон и являлся официально центром провинции, на деле на первый план выдвигается Барцинон. В Бетике место Кордубы занимает Гиспалис. Можно говорить, что происходит некоторое передвижение центров городской жизни.

Третье обстоятельство — рустификация и в некотором смысле «варваризация» городов. Она хорошо видна в определенных изменениях их названий. Старые «культурные» названия заменяются теми, какие, видимо, уже давно бытовали в сельской округе и, может быть, в городских низах, как, например, Cartagena вместо Carthago, или Carthago Nova. Практически исчезают официальные римские названия городов Бетики, как Юлия Ромула или Патриция, и заменяются старыми, еще доримскими, как Гиспалис или Кордуба. Видимо, в период кризиса исчезла старая муниципальная аристократия, и в число куриалов вошли «новые люди» из низов городского и сельского населения испанских городов, которые в культурном отношении были гораздо менее романизованы.

В античном городе, в том числе в провинциальном испанском, никогда не было ни имущественного, ни социального равенства. Но в эпоху Поздней империи эти различия еще более обострились. Самыми престижными и роскошными зданиями оказываются теперь не храмы и общественные сооружения, как раньше, а дома богачей. Некоторые из них, украшенные великолепными мозаиками, превращаются в настоящие дворцы. Раскопки некрополей показывают очень низкий уровень жизни подавляющего большинства городского населения этого времени.

В принципе города все еще сохранялись, оставаясь центрами ремесла и торговли, продолжая играть важную роль в административной системе испанских провинций, и они сохранили основные характеристики римского города, старую систему управления, наличие сельской округи, даже существование городской милиции. Но размеры городов сократились. Например, в Валенции, несмотря на сохранение городом своего значения, все городское поселение сосредоточивается вокруг старого цирка, стена которого становится и стеной самого города. И экономическая роль городов становилась все меньше, хотя и далеко не исчезла. Гораздо большее значение приобретают латифундии, находившиеся вне юрисдикции городов.




Испанские латифундии IV века
Раскопки показали большое количество роскошных вилл, являвшихся центрами обширных сельских владений. Например, одна из вилл в Пиренеях насчитывала 44 помещения, а в другой столько же помещений было выделено только для местного гарнизона. Виллы появляются во всех провинциях и зонах Пиренейского полуострова, хотя большая часть концентрируется в менее романизованных районах его центра, запада и северо-запада.

Испанские латифундии IV века

Испанские латифундии IV века


Центром испанских латифундий являлось господское поместье, представлявшее собой целый комплекс почти дворцового типа — виллу (villa). В такой вилле имелись даже помещения для ремесленников, а часто и для гарнизона. Как видно из изображений на африканских мозаиках, такие виллы были хорошо укреплены и своими башнями похожи на средневековые замки. Возможно, что и испанские магнаты обладали похожими «замками». В любом случае это были весьма роскошные здания, великолепно украшенные, в том числе полихромными напольными мозаиками. Приморские виллы на юге страны включали помещения для изготовления гарума. Здесь жили хозяин со своей семьей и рабы, непосредственно его обслуживавшие. Впрочем, учитывая, что у наиболее крупных собственников имелось далеко не одно владение, многие такие виллы могли оставаться практически пустыми.

В столь частое отсутствие владельца поместьем довольно самовластно руководил управляющий, нередко происходивший из особо доверенных вольноотпущенников или даже рабов.Сельская территория поместья обычно делилась на две части. Одну составляли земли, обрабатываемые рабами непосредственно под руководством управляющего — виллика или актора. Однако при больших размерах имений, некоторые из которых превышали 1000 га, организовать весь труд таким образом было невозможно. Поэтому другую часть делили на сравнительно мелкие участки, которые обрабатывали колоны, платившие оброк, и рабы, посаженные на пекулий. В пекулий могли отдаваться также мастерские и стада. В ряде случаев пастухами были и колоны.

Можно думать, что в испанских латифундиях, хозяева которых отсутствовали, доля колонов была большей, чем там, где собственник сам занимался хозяйством.

Эдвард Резерфорд. Париж



Развитие испанского общества в IV веке
В Испании, как и во всей Римской империи этого времени, положение рабов несколько улучшилось. Многие, получая пекулий, приобретали тем самым возможность более свободно распоряжаться своим трудом. Определенное влияние на некоторое смягчение условий рабства оказало распространение христианства.

Положение же колонов в Испании в IV веке ухудшилось. Если раньше они были свободными арендаторами, то теперь они прикрепляются к земле и, начиная с IV в., уже не считаются свободными людьми, принадлежа, правда, не к личности господина, а к земле, которую они обрабатывают, становясь «рабами земли». В эту эпоху отпущенники, ранее сохранявшие со своими бывшими хозяевами, которые становились их патронами, лишь моральные и духовные и иногда политические связи, теперь должны нести и вполне материальные обязательства, в том числе обрабатывать выделенные им в имении земельные участки. На деле положение различных слоев сельского населения, несмотря на сохранение юридических различий, сближается.

Развитие испанского общества в IV веке

Развитие испанского общества в IV веке


Взаимоотношения магнатов и колонов в Испании в IV веке определялись не только чисто экономическими факторами. Латифундисты осуществляли над своими колонами патроциний (patrocinium), т. е. «покровительствовали» им. Это «покровительство» заключалось прежде всего в том, что магнат защищал своих колонов от всяких посягательств на них и их имущество, причем не только и не столько от внешних врагов или разбойников, сколько от государственных чиновников. Колоны отдавали владельцу земли значительную часть плодов своего труда, но зато тот платил за них налоги и не допускал привлечения их к различным государственным повинностям.

С целью защиты себя и своих колонов многие магнаты создавали специальные вооруженные отряды, что делало их практически независимыми от местных и даже в какой-то степени от государственных властей. Оказавшись под таким «покровительством», колоны признавали и фактическое право магната вершить суд над ними и вообще вмешиваться в их жизнь и отношения с другими колонами. И такие отношения являлись наследственными.

Обладая собственной вооруженной силой, имея возможность вершить суд в своем имении, вмешиваясь не только в экономическую (в нее как раз вмешивались очень редко), но и в повседневную жизнь обитателей своего имения, такой магнат на деле превращался в маленького государя, а его имение становилось не только экономической единицей, но и центром власти.

Менее романизованные районы и стали основными в экономическом развитии позднеримской Испании. Недаром именно из этих районов выходили те испанцы, которые играли более или менее видную роль в политической жизни поздней Римской империи, в то время как в период Ранней империи это были выходцы из Бетики и восточной части Тарраконской Испании. Только в церковных делах уроженцы Бетики еще имели влияние, что, по-видимому, свидетельствует о сохранении этой провинцией определенного значения в римской культуре. Поэтому можно говорить, что тот социально-экономический сектор, или уклад, который представлен крупным внегородским землевладением латифундистов, становится в IV—V вв. определяющим.

Земельные владения испанских магнатов IV века

Земельные владения испанских магнатов IV века


Он характеризуется крупными земельными владениями магнатов, обладающих почти неограниченной властью в рамках своих имений и даже над окружающими территориями. Эти владения частично обрабатываются классическими рабами, но главным образом сидящими на земле, прикрепленными к ней и не могущими ни под каким предлогом (даже ради службы в армии) ее легально покинуть рабами на пекулии, колонами, отпущенниками и крестьянами, отдавшимися под покровительство латифундистов.

Таким образом, основными чертами этого уклада являются сосуществование крупного землевладения и мелкого землепользования и наличие зависимых земледельцев, преимущественно труд, а не личность которых экспроприируется землевладельцем.

Наряду с частным крупным землевладением в позднеримской Испании существовала и крупная императорская собственность. Императорской монополией были рудники, особенно золотые, а также предприятия по добыче и обработке пурпуроносных моллюсков на Балеарских островах. Императорам принадлежали и значительные земельные владения на юге и на Месете между Дурисом и Тагом. Императорские владения обычно сдавались в аренду крупным арендаторам — кондукторам и субкондукторам, которые затем и обрабатывали довольно крупные арендованные земли с помощью рабов и колонов.

Третьей разновидностью крупных землевладельцев в Испании IV в. была христианская церковь. По мере распространения христианства и особенно после его превращения в господствующую, а затем и единственную легальную религию, увеличивались и богатства церкви. Этому способствовала политика императоров и их представителей, которые зачастую передавали церквам и монастырям земли и целые деревни. Порой отдельные магнаты отдавали церкви свое имущество или его часть. Неоднократно к помощи церкви обращались разоряющиеся крестьяне и ремесленники, многие из которых, оказавшись в безвыходном положении, отдавались под покровительство церкви. Так возникали крупные церковные земельные владения, обрабатываемые рабами, отпущенниками и отдавшимися под покровительство крестьянами. Крупными собственниками могли быть и отдельные клирики, как, например, пресвитер Север, владевший на одном из Балеарских островов крепостью (castellum) и челядью.

Таким образом, все три формы крупного землевладения обладали общими чертами: соединение крупного землевладения и мелкого землепользования и эксплуатация зависимых работников. Эти формы представляли социально-экономический сектор, родственный феодальному. Однако еще не существовало многих черт, свойственных собственно феодальному обществу, в том числе социально-политической системы феодализма. Поэтому этот сектор, или уклад, можно назвать протофеодальным.

Эдвард Резерфорд. Париж



Социально-экономическое развитие Испании в IV веке
Кризис III в. нанес Испании тяжелый удар. Ее экономика в конце этого века находилась в упадке. Эдикт Диоклециана о ценах, изданный в 301 г., из всех испанских продуктов упоминает только гарум, астурийскую шерсть и церетанскую ветчину. Нет никаких следов экспорта в Рим и другие регионы империи ни масла, каким еще недавно славилась Бетика, ни вина, изготовляемого в восточной части Тарраконской Испании, ни даже металлов, одним из главных поставщиков которых издавна была Испания.

В IV в. в Испании отмечается уже некоторый экономический подъем. Expositio totius mundi et gentium, составленная в 359 г., среди испанских товаров, поставляемых в «весь мир», упоминает масло, гарум, одежды, свинину, коней и особенно эспарто, т. е. особый вид волокна, идущий на изготовление корабельных снастей. Вновь начали работать рудники верхней долины Бетиса (приблизительно до 80 гг. IV в.) и западной Бетики, дававшие серебро и медь. Однако они уже не достигали того масштаба работ и добычи, как во II в. Воздействие добытого здесь металла на общеимперскую экономику было минимальным.

Золотоносные рудники северо-западной Испании в IV в.

Золотоносные рудники северо-западной Испании в  IV в.


Совершенно иначе обстоит дело с золотыми рудниками Северо-Запада. В период Поздней империи значение золота еще больше возросло. Поэтому императоры обращали большое внимание на его добычу и доставку в Рим и Константинополь. В IV в. масштабы добычи металла в рудниках Галлеции и Астурии увеличились по сравнению, пожалуй, не только с III, но и со II в. В этих районах строятся и постоянно обновляются дороги. Нет почти ни одного императора, включая и некоторых узурпаторов, имена которых не встречались бы на милиариях, стоящих на дорогах Северо-Запада. Однако меняется характер горного дела. В основном теперь работают небольшие рудники. Некоторые из них по-прежнему принадлежат императору, но отдаются в аренду латифундистам, другие находятся на землях крупных собственников, которые их и разрабатывают силами рабов и колонов.

Другой отраслью экономики, приобретшей значение, выходящее за пределы Испании, было коневодство. Астурийские кони славились еще в I в., теперь кони из Испании, особенно ее северной части, поставляются как в армию, так и в цирки почти всего государства. К этому надо добавить овечью шерсть. Астурийская шерсть ценилась весьма высоко, относясь к самым дорогим сортам. За фунт этой шерсти давали 100 денариев, что в 2-4 раза больше, чем цена ряда других сортов. Таким образом, основной экспортной отраслью испанского сельского хозяйства становится разведение коней и овец, в то время как продукты земледелия утрачивают этот характер. Происходит общее оживление земледелия. Из Испании стали поставлять в Италию хлеб.

Центр экономического развития Испании передвигается с юга и востока Пиренейского полуострова в его северную и северо-западную части. Эти территории были менее романизованы, там, как уже отмечалось, в меньшей степени существовали социально-экономические и социально-политические структуры античного типа. К этим территориям надо прибавить Балеарские острова, игравшие значительную роль в добыче пурпуроносных моллюсков и в торговле между Пиренейским полуостровом и Италией, и которые тоже были менее романизованы, чем противолежащие берега полуострова.

Несмотря на то, что экономический пейзаж Испании, как и всей империи в то время, определялся латифундиями, что определяло господствующую тенденцию к развитию натурального хозяйства, говорить о полной натурализации экономики не приходится. Экономические и культурные связи, хотя в меньшем масштабе, чем в I-II вв., продолжали объединять Испанию с остальной империей.

Развитие торговли в Испании IV в.

Развитие торговли в Испании IV в.


Как и раньше, важным партнером являлась Северная Африка, откуда приходила, в частности, керамика. Относительно тесные экономические связи объединяли Испанию с Галлией. Довольно оживленными были отношения с восточной частью Римской империи. В то же время значение связей с Римом и Италией начинает уменьшаться. Это можно заметить, например, на импорте такого специфического, но очень важного для испанской знати товара, как саркофаги. Если приблизительно до середины IV в. находимые в Испании саркофаги импортировались в основном из Рима, то с середины столетия этот импорт практически прекращается. Саркофаги либо привозят из Африки, особенно из Карфагена, либо изготовляют на месте, причем в последнем случае ясно чувствуется греческое и частично галльское влияние.

Продолжала существовать и внутренняя торговля. Монета снова становится важным средством обмена. В самой Испании ни одного монетного двора не было, но в относительной близости от нее такие дворы имелись в Южной Галлии и Карфагене, и испанцы вполне могли пользоваться выпускаемыми там монетами. Но говоря о торговле, надо заметить, что все большую роль в ней играют не испанские, а восточные торговцы. Так, в Тарраконе, остающимся важнейшим торговым центром, связывающим Испанию с остальной империей, треть похороненных носили восточные имена, и большинство этих людей были явно торговцами.

Рассматривая и экономическую, и социальную структуру позднеримской Испании, надо отметить следующее: в Испании этого времени продолжали сосуществовать различные социально-экономические уклады: античный, крупнособственнический (в значительной степени протофеодальный), территориально-общинный и родовой. Но по сравнению с I-II вв. их взаимное значение изменилось. Первенствующим теперь был крупнособственнический; районы с его преобладанием являлись ведущими в экономическом отношении, и крупная землевладельческая знать включалась в элиту империи.

Каждому укладу соответствовала своя система классовых взаимоотношений. На эту систему накладывалась сетка сословных подразделений. Сенаторы, всадники и куриалы составляли сословия «достойных» (honestiores), а остальное свободное население — «низких» (humiliores). Каждое из них в социальном отношении было неоднородным и состояло из представителей различных классов. Впрочем, в Поздней империи юридические различия вообще отступают перед экономическими.

Источники:
Циркин Ю. Б. История Древней Испании / Ю. Б. Циркин. — СПб.: Филологический факультет СПбГУ; Нестор-История, 2011. — 432 с., ил.


Еще по истории Испании:


История Испании
полный курс



А.Моруа. История Франции

Природные ресурсы Испании