В некоторых странах кельты смешались с местным населением и создали новую, смешанную культуру, каковой была, например, культура кельтиберов в Испании. В других областях местное население было быстро кельтизировано (как, например, лигуры, жившие на юге Франции), и незначительные следы его языка и культуры сохранились лишь в некоторых географических названиях и пережитках религиозных верований.
С именем кельтов связано распространение созданной ими так называемой латенской культуры. Название
она получила от небольшого местечка на берегу Невшательского озера в Швейцарии. В жаркое лето 1854 г. озеро сильно
обмелело, и на местном пляже полковник Шваб собрал целую коллекцию оружия, застёжек-фибул, иных вещей, ставших эталоном
при сопоставлении с другими находками и выделении ряда взаимосвязанных памятников в особую археологическую культуру.
Памятники латенской культуры, которая в середине VI в. до н. э. сменяет гальштаттскую, позволяют судить как о
постепенном развитии кельтских племён, так и об истории их проникновения в различные области Европы.
На первом этапе своего развития (середина VI—конец V в. до н.э.) латенская культура была распространена от Франции до Чехии. Большое количество мечей, кинжалов, шлемов, бронзовых и золотых украшений свидетельствует о том, что уже тогда кельтское ремесло стояло довольно высоко. Высоко стояло и искусство, что видно на примере художественно украшенной посуды. В это же время в погребениях появляются греческие вещи, проникавшие к кельтам через Массалию по рекам Роне и Соне. Греческое искусство оказывало заметное влияние на кельтское, хотя местные мастера не следовали слепо греческим образцам, а перерабатывали их, приспособляя к местным вкусам и традициям. Уже в это время в некоторых областях, на Среднем Рейне, на Марне, появляются богатые курганные погребения, очевидно принадлежавшие родовым старейшинам и племенным вождям.
Одним из основных предметов-индикаторов латенской культуры являются металлические пружинные застёжки одежды — фибулы, мода на которые менялась довольно быстро. Не менее важную роль в датировках кельтских древностей играет и изменение форм, стилистики украшений других типов, а также оружия.
В тот период экспансия кельтов происходила среди родственных племён, тоже потомков носителей гальштатской культуры.
Экспансия вызвала передвижение и отчасти смену населения, формирование новых политических и культурных центров.
Как и у некоторых других народов древности, важное место в жизни кельтов занимали пиры. Приглашённых рассаживали и
подавали им угощение в строгом соответствии с общественным положением каждого. Барды восхваляли хозяев и
высокопоставленных гостей. Иногда на пиру устраивали состязания. Победитель получал лакомую порцию мяса —
окорок. Остатки этой части туши свиньи или кабана находят в могилах воинов, а иногда и женщин-аристократок.
Вообще, кельтская кухня была преимущественно мясной, а обилие пищи ценилось больше, чем её изысканность. Во
время еды пользовались небольшим железным ножом, его подвешивали к поясу и всегда носили с собой.
Кельтские жрецы, друиды составляли сплочённую и весьма влиятельную корпорацию. Основой их
могущества были накопленные поколениями знания. Не меньшее значение имели и связи между друидами, даже жившими
на значительном удалении друг от друга. Наши представления о календаре, магических обрядах, гаданиях,
предсказаниях и прочих сторонах их деятельности туманны. Известно, что у друидов существовали специальные
школы, где в течение долгих лет готовилась их смена, там же получали образование представители кельтской
аристократической молодёжи.
Ряд кельтских ритуалов и поверий связаны с головой. Отрезанные головы врагов воины привозили
в качестве трофеев, их хранили как знаки доблести, делали из них кубки, посвящали богам. На латенских могильниках
находили захоронения без голов.









