Дальнейший рост городов и развитие товарно-денежных отношений, усиление феодальной эксплуатации крестьянства и резкое обострение классовой борьбы в стране, постепенная централизация государства и возникновение новой формы феодальной монархии с сословным представительством — таковы были важнейшие изменения в социально-экономической и политической жизни Франции в XIV—XV вв. Тогда же на французский народ обрушились невыносимые бедствия, связанные со Столетней войной, и народные массы проявили в борьбе с иноземными захватчиками величайший патриотизм. Эти события оказали огромное влияние на развитие французской культуры.

Церковь, насколько это было в её силах, по-прежнему препятствовала развитию культуры, не поставленной на службу церковным интересам. Захватив с помощью богословов из «нищенствующих орденов» руководство университетами в свои руки (XIII в.), она превратила Парижский университет в центр мертвящей церковной схоластики и хранителя католической ортодоксии. Однако потребности развивавшегося феодального общества неуклонно вели к тому, что сквозь толщу схоластических мудрствований всё чаще и чаще пробивались ростки знаний, основанных на опыте. Со времени крестовых походов промышленность колоссально развилась и вызвала к жизни массу новых механических (ткачество, часовое дело, мельницы), химических (красильное дело, металлургия, алкоголь) и физических фактов (очки), которые доставили не только огромный материал для наблюдений, но также и совершенно иные, чем раньше, средства для экспериментирования и позволили сконструировать новые инструменты. Можно сказать, что собственно систематическая экспериментальная наука стала возможной лишь с этого времени.

С конца XIII в. во Франции начала более быстро развиваться медицина. И хотя медицинская практика того времени была тесно связана с такими псевдонауками, как алхимия, астрология и магия, всё же находились смельчаки, которые вопреки страшным церковным наказаниям и запретам занимались анатомированием трупов, пытались основываться на эксперименте и вносили новые приёмы в область хирургии и общей медицины.

Некоторые парижские магистры занимались вопросами о том, насколько правильно господствующее представление о неподвижности земли и вращающемся небесном своде, каковы законы равномерно-ускоренного движения, средней скорости и ускорения, восставали против безоговорочного авторитета Аристотеля в области естествознания, заявляли себя последователями целого ряда положений атомистического учения Демокрита (Николай Орезм, Николай д'Отрикур и др.).

В XIV в. во Франции начали появляться знатоки, занимавшиеся исследованием античной литературы (Пьер Берсюир в середине XIV в.; Жан де Монтрейль и Гонтье Коль в начале XV в.). В 1470 г. в Париже была основана первая типография, где печатались произведения на латинском языке и труды итальянских гуманистов. Образование всё больше становилось светским и ускользало из-под влияния духовенства. Французские университеты постепенно освобождались из-под власти папства и подчинялись непосредственно королевской власти.

Всё большее значение с XIII века во Франции приобретала историография. Авторы исторических сочинений пытались со своих классовых позиций описать и осмыслить происходившие события. Наиболее яркими представителями феодальной историографии XIV в. являлись хронисты Жуанвиль (около 1224—1317), Фруассар (около 1337—1410) и Пьер д'Оржемон, канцлер Французского королевства при Карле V. На склоне своей жизни Жуанвиль написал «Историю св. Людовика, IX этого имени короля Франции», под руководством которого он принимал участие в седьмом крестовом походе. Мемуары Жуанвиля являются выдающимся памятником французской прозы начала XIV в. Фруассар воспевал вольность и независимость крупных феодалов и рассматривал политическую раздробленность Франции как наиболее приемлемое для феодальной знати состояние. Бедственное положение Франции во время Столетней войны Фруассара в сущности не интересовало. Иной политической ориентации был Пьер д'Оржемон, который в своём творчестве отражал интересы королевской власти и требовал от дворянства верности королю. Судьбы страны соединялись в представлении Пьера д'Оржемона с судьбами королевской династии. Несмотря на такое различие своих политических взглядов, и Фруассар, и Пьер д'Оржемон были едины в своей ненависти к обычному народу.

Линию, намеченную в XIV в. Пьером д'Оржемоном, в следующем столетии продолжил один из ближайших советников Людовика XI, Филипп де Коммин (около 1447—1511), автор «Мемуаров», в которых он защищал и развивал идею централизованной монархии, развенчивая политические идеалы феодальной вольницы. «Мемуары» Филиппа де Коммина являются ценнейшим историческим источником, содержащим богатый материал о событиях, происходивших во Франции второй половины XV в.

Острая классовая борьба, происходившая во Франции в XIV—XV вв., нашла отражение не только в хрониках представителей господствующего класса, но и в произведениях таких авторов, которые, не являясь непосредственно идеологами народных масс, в то же время выражали полное сочувствие их тяжёлому положению и искали способы облегчить его. К такого рода демократически настроенным авторам относился, прежде всего, Жан де Венетт (1307—1369), сын крестьянина, вступивший в духовное звание, но продолжавший близко соприкасаться с народными массами в их повседневной жизни. Являясь противником народных восстаний, он стремился улучшить положение крестьян путём королевских милостей. Жан де Венетт очень правдиво и с полным сочувствием к народу обрисовал в своей хронике тяжёлое положение французского общества накануне Жакерии. Указывая, что дворяне живут за счёт труда французского крестьянства, Жан де Венетт требовал, чтобы они защищали крестьян от чужеземных захватчиков, и обличал как трусость дворян, так и их алчность по отношению к собственным крестьянам.

Большие изменения в XIV—XV вв. произошли и в области художественной литературы Франции, отразившей в своём содержании обострение классовой борьбы во Франции и подъём патриотических настроений среди её народных масс.

Поэзия господствующего класса во Франции XIV—XV в.в. была представлена творчеством таких поэтов, как Машо, являвшегося одновременно и музыкантом (около 1300 — 1377), Христина Пизанская (1364 — 1430), Карл Орлеанский (1394 — 1465) и др. Машо явился родоначальником поэтической школы в области любовной лирики. Христина Пизанская воспевала высшую знать и выступала против народных восстаний, но в то же время она скорбела о разорении Франции и приветствовала победы Жанны д'Арк. В творчестве Карла Орлеанского (проведшего 25 лет в плену у англичан после битвы при Азенкуре) патриотические мотивы звучали ещё явственней.

Наиболее ярким представителем художественной прозы господствующего класса являлся Антуан де Ла-Саль (1388 — 1462), который создал роман «Маленький Жан де Сентре», отразивший в своём содержании перемены, происходившие в обществе. Начинающийся в стиле, близком к куртуазной литературе, этот роман заканчивался сатирическим изображением «идеальной» рыцарской любви и содержал в себе чисто реалистические характеристики.

Буржуазная литература Франции в XIV—XV в.в. была представлена именами Жоффруа Парижского, Эсташа Дешана, Алена Шартье и др. Весьма интересна «Рифмованная хроника» Жоффруа Парижского, составленная в начале XIV в. и свидетельствовавшая о росте социального самосознания буржуазии. Превознося деловитость, ум, политические способности и доблесть богатого буржуа, Жоффруа заявлял, что люди должны оцениваться не по знатности их происхождения, а по их личным качествам. Он твердо стоял за политическое единство страны и союз городов с королевской властью, хотя и осуждал чрезмерные налоговые тяготы, накладывавшиеся королями на горожан. Выражая презрение к «простому народу» и «мелкому люду», Жоффруа в то же время с большим реализмом рисовал крайнюю нищету городских масс Парижа, их ненависть к Филиппу IV Красивому и подробно описывал «монетный бунт» в столице в 1306 г., направленный против этого «короля-фальшивомонетчика».

Эсташ Дешан (около 1346—1406), хотя и примыкал к школе Машо, поэзия которой отвечала вкусам придворной знати, вносил тем не менее в своё творчество мотивы, свидетельствовавшие о несомненной принадлежности поэта к третьему сословию. Тематика стихотворений Эсташа Дешана была очень разнообразна. Он осмеивал прелатов, королевских советников и дворян, бежавших из Парижа во время восстания «вооружённых молотами» (1382 г.), осуждал французских феодалов за их поражения в Столетней войне и высказывал сочувствие к страданиям народа. Методы революционной расправы народных масс со своими угнетателями были Дешану чужды. В то же время большое возмущение с его стороны вызывала фискальная политика королевского правительства.

Ален Шартье (1392 — около 1430), так же как и Дешан, высказывал возмущение развращённостью высшей знати, которая губит родную страну. Особенно ярко его патриотические настроения сказались в «Обличительном разговоре четырёх», в котором Франция была представлена в виде страдающей матери, а духовенство, дворянство и народ — в виде трёх её сыновей. Мать горько упрекала дворянство и духовенство по поводу побед англичан в Столетней войне, а народ обвинял дворянство в грабежах, напастях и бесчинствах по отношению к своим же крестьянам. Оправдываясь, дворянство в свою очередь обвиняло народ в «мятежах», причём к осуждению последних присоединялся и сам автор.

Таким образом, выражая до некоторой степени интересы народных масс в их стремлении к политическому единству страны и к победе над чужеземными захватчиками, представители французской буржуазной литературы XIV—XV вв. в то же время выступали против трудящихся, решительно осуждая революционные методы их расправы с феодалами. В этом ярко сказывалась социальная ограниченность французской буржуазии в XIV—XV вв.

Подлинно народной литературой являлись народные песни (любовные, застольные, эпические, бытовые и пр.), которые были впервые записаны в середине XV столетия, и так называемые компленты (жалобы) периода Жакерии и Столетней войны («Комплент о бедном простонародье и бедных пахарях» и др.). Компленты составлялись народными поэтами, но известен по имени лишь один из них — Оливье Баслен, или Башлен, из Нормандии. Сукнодел-валяльщик по профессии, Баслен был участником партизанской народной борьбы с англичанами и погиб в одном из столкновений с ними в 1450 г.

Народное творчество Франции XIV—XV в.в. было проникнуто реализмом и глубокими патриотическими чувствами. Несомненно, что в это народное творчество уходила своими корнями поэзия крупнейшего поэта XV в. Франсуа Мон-Корбье, известного больше под именем Вийон (1431 — около 1463). Свидетель страшного разорения Франции на последнем этапе Столетней войны, воспитанник Парижского университета, бродяга-бунтарь, Вийон превосходно знал жизнь низших слоев общества и отразил в своём творчестве глубокие классовые противоречия современности. В своих поэтических произведениях Вийон реалистически изображает окружавшую его жизнь и, обращаясь к сатире, едко высмеивает и университетскую среду, и моральное разложение господствующего класса. Одновременно Вийон изображает страдания простого народа, с жизнью которого он познакомился во время своих бесконечных скитаний по дорогам Франции. Он издевается над богачами, ростовщиками, монахами и феодалами, беспощадно срывая покровы с самых тёмных сторон феодального общества. Но его поэзия полна противоречий: являясь страстным поклонником всех земных радостей, Вийон был вместе с тем подвержен приступам самой чёрной меланхолии, нашедшей выражение в таких его произведениях, как известная «Баллада о повешенных». В то же время Вийон полон живого интереса к человеческой личности и её переживаниям. В этом смысле он выступает как непосредственный предшественник французского Возрождения.

Весьма ярко влияние народных начал проявилось и в городском театральном искусстве Франции XIV—XV в.в. В это время в городах самое широкое распространение получили фарсы и небольшие юмористические сценки, так называемые coma («дурачества»), которые разыгрывались полупрофессиональными, полулюбительскими актёрскими компаниями, носившими в Париже сначала название компании «Базош» («Базилика»), а затем компании «беззаботных ребят». Это были прямые преемники средневековых голиардов, высмеивавшие в своих фарсах и соти плутов-монахов, шарлатанов-врачей, крючкотворов-судей, неверных жён и обманутых мужей.

В фарсах и соти обличалась развратная жизнь католического духовенства, осуждалась продажа индульгенций, клеймились феодальные усобицы и насилия над простым народом. Относясь к народу с явным сочувствием, неизвестные авторы фарсов в то же время открыто осуждали алчность богатых горожан. Особенной социальной и политической остроты достигали соти, в которых высмеивались короли, папы и их ближайшее окружение. Наряду с этим в фарсах реалистически изображался быт горожан, цеховых мастеров и подмастерьев, причём в XIV в. нередко симпатии авторов фарсов и соти были на стороне последних. Большой популярностью пользовались в XV в. фарс «Господин Пьер Пателен», обличавший корыстолюбие и мошенничества судейских чиновников, фарс, называвшийся «Торговля и ремёсла, Малый заработок и Большие издержки и Текущие времена» и др.

Развитие и всё большее обмирщение театрального искусства в городах Франции XIV—XV в.в. находили своё выражение и в том, что миракли там постепенно вытеснялись так называемыми мистериями, т. е. театральными постановками, в которых светский элемент начинал уже явно преобладать над церковным. Всё большее значение приобретали и чисто светские мистерии, посвящённые не библейским сюжетам, а событиям реальной жизни (например, мистерия «Осада Орлеана» и др.).

Не осталась без изменений в XIV—XV вв. и область французского искусства. Дальнейшее развитие получил готический стиль. Архитектура Франции в XIV—XV в.в. вступила в период так называемой «пламенеющей готики», когда здания как бы оделись в тончайшее каменное кружево (Турский собор, соборы в Корби, Алансоне, Амбере, Бурге, Конше, Лепине, Сен-Рикье и т. д.). Подлинного расцвета достигло архитектурное искусство при строительстве таких зданий, как замки, дворцы и жилые дома. Характерными памятниками позднеготического искусства явились королевский замок в Амбуазе, Венсенский замок с четырёхгранной сторожевой башней (XIV в.) и замок в Пьерфоне, представлявший суровую крепость снаружи и художественно отделанное здание внутри.

Красивейшими в это время сделались здания городских советов (ратуш) в различных городах Франции, что свидетельствовало о росте экономического и политического значения горожан (ратуши в Компьене, Сен-Кантене, Аррасе и др.). Украсились города и жилыми готическими домами, которые в большем количестве сохранились до наших дней на севере и юге Франции (в Бурже, Реймсе, Провене, Лане, Руане, Бове, Амьене, Сен-Жилле, Фижаке, Альби и др.). Интересными памятниками такой архитектуры являлись так называемый «Дом музыкантов» в Реймсе (конец XIV в.), с готическими окнами и со скульптурными фигурами музыкантов, помещёнными в пяти стрельчато-арочных нишах, дом Жака Кёра, богатейшего предпринимателя и купца, являвшегося при Карле VII членом королевского совета, и др.

Скульптурные изображения во Франции в XIV — XV в.в. стали значительно более реалистическими, чем это было ранее. В этом сказывалось могучее влияние народного творчества в области изобразительного искусства. Стремление к реализму заметней всего проявлялось в надгробных портретных изваяниях, получавших всё более естественную и индивидуальную трактовку (работы Парижской школы мастеров XIV в.). Весьма интересным в этом смысле является памятник герцогу Иоанну Беррийскому в Бурже, сделанный Жаном де Камбре (в 1392 г.). Ещё более реалистическим было творчество крупнейшего французского скульптора XV в. Мишеля Коломба из Бретани (родился около 1430 г., умер между 1512 и 1519 гг.), который создал надгробный памятник родителям Анны Бретонской.

Стремление воспроизводить натуру в её пространственных формах на плоскости проявилось во французской живописи XIV—XV в.в. Человеческие фигуры постепенно становились всё менее схематичными и приобретали всё более живые черты. Деревья, горы, реки и пр. стали изображаться гораздо более близкими к природе, чем это было раньше. Гамма красок сделалась значительно богаче.

Начиная с XIV столетия получила распространение станковая живопись. Во фресковой живописи появились индивидуализированные образы (фрески в церкви Сен-Этьен в Каоре — XIV в.; в соборе Альби — XV в. и т. д.). Художники-миниатюристы наряду с раскрашиванием рисунков, сделанных пером, стали теперь исполнять миниатюры и кистью (Парижская школа на севере Франции и Авиньонская школа на юге). Искусство миниатюры всё более делалось светским.

В середине XV в. глава Турской школы миниатюристов Жан Фукэ (1415 — около 1480) занимался уже не только разрисовыванием церковных книг, но и иллюстрациями к рукописным переводам «Истории иудеев» Иосифа Флавия, к переводам Тита Ливия и т. д. При этом античные события изображались в чисто средневековой обстановке. От Жана Фукэ до нашего времени дошли и замечательные памятники станковой живописи.

Чрезвычайно большой интерес представляет творчество французского живописца Симона Мармиона (около 1425 — 1489), иллюстрировавшего «Большие французские хроники». Миниатюры Симона Мармиона отличаются исключительным мастерством и большим реализмом.

Характерным для Франции XIV—XV вв. являлось также дальнейшее развитие прикладных искусств: производства эмалей (особенно в Лиможе и Париже), изготовления золотых и серебряных изделий (не только церковного, но и бытового назначения), резьбы по кости и дереву и производства ковров с художественными изображениями (ткацкие мастерские в Аррасе и Париже).

В самых различных областях материальной и духовной культуры Франции XIV—XV в.в. были достигнуты несомненные успехи. Культура этих веков являлась непосредственной предшественницей культуры французского Возрождения.